Говорит Донецк

Нашел интересную статью о выборах в селе Погребы, что в Броварском районе Киевской области.

Прочитал. Много думал. В том числе и о том, что появись такая статья с «другой стороны», то немедленно из тумана материализовались бы назидательные фигуры ревнителей стандартов журналистики с дипломами Интерньюза или какой-нибудь другой аналогичной грантовой структуры.

Явственно вижу, как фигуры гундели бы о нарушении основных канонов журналистики, таких как предоставление другой точки зрения, комментарии независимых (или хотя бы непричастных к делу) экспертов и так далее. Но сейчас ничего такого не происходит, как не происходило и тогда. Потому что хорошим людям «и так все ясно».

Собственно, за что я не люблю тот «оранжевый» период, так это именно за то, что хорошим людям тогда было все ясно, а мнение плохих людей их совершенно не интересовало. Вчера одна девица в ФБ высказалась что-то в роде «как повезло Румынам, что у них взяли и расстреляли Чаушеску, теперь они в ЕС».

Украине в этом смысле не повезло. У нас, конечно, тоже положили массу народа без суда и следствия, но, к счастью, а для той девицы, к сожалению, наверное, не сделали эти казни сакральным камнем в фундаменте нового государства. Хотя, могли бы, если б хотели. Вот того же Кравченко или Кирпу.

Я настороженно отношусь к малознакомым людям, которые проявляют немотивированную агрессию. Как и внезапную доброту. Потому что начинаю подозревать что-то такое далекоидущее или даже хуже. Если мотивация понятна, что не такая уж и большая редкость даже в случае с иррациональными человеческими существами, то тогда сразу чувствую себя спокойнее. Зря...

По моему скромному мнению, между злыми или злопамятными, добрыми и добренькими людьми граница на первый взгляд неразличима, но как минимум со второго, становится заметна. И всему есть причины. Рациональные или нет, но есть.

В другой ситуации тот же человек может повести себя по отношению к тому же гуманоиду совершенно иначе. Потому что редко встречаются как чистые типы, так и чистые ситуации.

Этой девушке я благодарен. Однажды, еще в девяностых, жарким летним ночером, она вошла в круг тяжелых и рослых мужчин, которые разговаривали на повышенных тонах и уже размахивали руками, цепко взяла за руку меня и, глядя в глаза одному из участников беседы, которого выбрала интуитивно, противным, на уровне инфразвука женским шёпотом, обронила в мою сторону: «Саша, пора домой. Дети ждут». И выдернула из круга.

Толик появился у нас в прошлую пятницу, как всегда неожиданно.

В этот раз оказалось, что он выпил лишнего и проехал Дебальцево, когда возвращался с учебы из Алчевска. В Донецке он не растерялся, позвонил нам по одному из своих телефонов, которые таскает в накладных карманах штанов и через час уже топтался в прихожей.

Толику – 26. И Толик, кажется, идиот. В первый раз нашего знакомства я все не могла уловить главную черту его характера. Мне казалось, что он как-то по-своему смеется над окружающими, но Пашка сказал, что Толик – идиот. И это сразу все расставило на свои места. Добродушный такой Толик, как Швейк.

Толик мне всегда приносит радость. Когда уезжает на следующий день. Меня поражают истории Тоика, которые он, хлопая своими посоловелыми глазами, рассказывает на кухне. Например, как не так давно он сидел в одном из немногочисленных кабаков Дебальцево с другом. И они заметили, как на них пялятся две девушки за соседним столиком.

- Я думаю, что они так пялятся, а оказалось, что они косоглазые немного. Как я, - говорит Толик.

В Донецк я понаехала в 2008. Через пару месяцев после ВУЗа как раз грянул финансовый кризис, в это чудесное время я и оказалась в Донецке, где до того была что-то раза два или три.

Первое время я мерила город отрезками родного Дебальцево, отчего он казался большим и непонятным. Полчаса пешком для Дебальцево – это пройти город от одного до другого края. Полчаса пешком в Донецке – это практически под боком.

Первое время жила у родственников возле «Юности». Они уехали в отпуск на две недели, и я искала работу, бродила по городу. Помню день, когда за весь день удалось поговорить только с одним живым человеком – парикмахершей.

Родственники вернулись и оказалось, что жить у них, даже временно, не такая уж хорошая затея. Спасая остатки хороших отношений, пришлось перебраться к другим, более далеким родственникам, жили они тоже дальше, в селе под Донецком.

Кого можно считать первым дончанином? Джона Джеймса Юза? Поручика Шидловского? Григория Капустина? Короля Артура с его сомнительными сарматскими корнями? Попытки сдвинуть историю нашего городка вглубь веков вызывают искушение довести этот процесс до абсурда. Что мы сейчас и проделаем, - пишет 062.ua.

Как известно, в 1959 году на территории города Донецка были произведены судьбоносные археологические раскопки. Благодаря одному внимательному (или не внимательному?) оператору экскаватора на территории Центральной горноспасательной станции обнаружили захоронение второй половины третьего тысячелетия до нашей эры. Но то такое...

Через несколько месяцев еще более древнее погребение обнаружилось на Буденновке. Конкретно - на улице Радищева. Возле скелета «лежал большой кремневый нож, тщательно отшлифованный клиновидный топор и четыре тонко выделанных наконечника метательных дротиков». Этот человек со всеми своими костями и дротиками передвигался по нашей земле еще в бронзовом веке. А это - конец четвертого тысячелетия до нашей эры. Понимаете - четвертого!

Оказывается, ещё не все знают и многие не в курсе истинных причин наличия тега Da-net-sk и даже пытаются меня поправить. Как часто бывает и в случае употребления компромиссного предлога, ставшего популярным, но не сделавшего меня знаменитым.

Дело в том, что много- и неоднозначность Города заключены уже в его названии - Да-Нет-ск, то есть Город Да и Нет. Имманентный дуализм, не побоюсь этих громких слов. Поляризованный, непростой, местами сложный и даже живущий на разрыв.

В названии Юзовка, которое едва не стало Хьюзтоном, присутствует очевидная местечковость, что легко объясняется объективной реальностью, существовавшей в конкретно тот момент времени, и этническим составом, заселенных территорий.

Троцком этот город никогда не был. Пусть и есть оригиналы, которые придерживаются этой ни на чем, кроме отличной фантазии, не основанной теории. С таким же успехом он мог быть Тухачевском, Котовском, Артёмовском, Ждановым или Каменевым Углем.

Сталино же, при всей мощи и красоте звучания, скорее для поселка. Лично знаю людей, которые до сих пор поднимают рюмки под тосты "За Родину! За Сталино!"

Потому нынешнее, изначально искусственное и притянутое название, считаю как нельзя более соответствующим.

Моя любимая металлическая скульптура, которой действительно давно не хватало в Донецке - это и есть тот самый Добрый Шубин. Установлен на Мистической аллее в Парке Кованых фигур в рамках XIII Международного фестиваля кузнечного мастерства.

Сфотографироваться можно, засунув руки в перчатки металлические. В правой руке у Шубина обушок, в левой - коногонка.

Вредный старикан/дух подземелий, который любит шутить над шахтерами, смеется, хватает за ноги, бросает камешки. Если его увидеть, то быть беде и долго скорее всего не проживешь. Страшной силы. Нечто вроде шахтного брауни/домового.

Добр и щедр к беднякам и труженикам, которым помогает выбраться из беды. Беспощаден и мстителен по отношению к наглецам, рвачам, проходимцам и особенно к угнетателям и прочим гнобителям шахтёров. Есть в нем что-то от Карла Маркса и Фридриха Энгельса. Не призрак коммунизма, но где-то рядом.

Как получилось, что именно хоккей в СССР стал больше, чем игрой, известно давно и хорошо.

С одной стороны генеральный секретарь КПСС, происходивший из южной республики, любил игру с клюшкой и шайбой не меньше, чем дорогие авто и охоту.

С другой, на североамериканском континенте толком не умеют играть ногами, предпочитая руки. Если бы Штаты и СССР были заявлены в Формулу-1, то и там была бы заруба, но так получилось, что Союзе не умели делать толковых автомобилей, а в Объединенных государствах Северной Америки гоняли не любили детище Экклстоуна.

Тоталитарная советская власть настолько ненавидела детей, что круглогодично мучила их различными бесплатными развивающими активностями, которые назывались “кружками”. Кровавые деспоты не понимали, что ничего хорошо от недорого образованных и обученных детей ждать не приходится. Разве что плевка в прошлое и обвинений в жестокости, насилии и подавлении творческого потенциала и потому авансом издевалась как могла: обучала, лечила и отправляла в лагеря. Для начала - пионерские.

Музыкальный фильм Солнечная баллада, составленный из музыкальных видеоклипов Тамары Миансаровой, был снят в 1970 году, но вовремя так и не появился на экранах - его запретили к показу.

История с этим фильмом очень мутная. Ещё в 1966 году певицу называли Соловей Москвы, а теперь она вдруг стала невыездной. Миансарову больше не показывали по дуроскопу, а записи на радио оказались размагничены. Даже в государственных архивах прошерстили, но чаша сия каким-то образом миновала Солнечную балладу, чьим режиссером стал Альберт Атаханов.

Говорят, что Миансарова перешла дорогу "второму человеку в министерстве культуры". Обычные разборки не только в артистической среде.

Популярность Миансаровой была запредельной. Ведь именно она пела Солнечный круг и Топ, топ, топает малыш, а также твисты Руды-рыдс и Черный кот. Поляки даже выпустили духи Тамара, названные в ее честь.

И вот в такой ситуации этот самый снятый о Миансаровой фильм-концерт Солнечная баллада положили на полку. Разнесся слух, будто певица уехала в Израиль. Страшнее было только не вернуться из гастролей в Штатах.

В курсе рекламных кампаний беседуем о стремлении к элитарности и прочих сноб апилах. В суровой реальности, что нас окружает, это только один из более чем разнообразного арсенала успешно используемых рекламщиками приемов.

Проводим параллели, отыскиваем дерибасы – дело в том, что мы сами приступили к съемкам видеороликов и в их критике будем использовать отработанное на занятиях.

Профессор начинает издалека. С истории. Своим хриплым, прокуренным еще во время хиппования голосом, он приводит в качестве примера галстуки. Как они возникли, как использовались, как развивалась мода их ношения. Что представляли раньше (скажем одной из их функцией была как раз защитная – чтоб пища не падала за шиворот воспитанному дворянину, который мылся не чаще, чем четыре раза в год) и что представляют из себя сейчас. Как стали не только деталью одежды, но и символом.