Говорит Донецк

Виктор Васнецов "Баян". Как видите, данное слово в оригинале обозначает мудрого певца

Вторгнувшуюся в пределы Тмутаракани рать русских князей встречал живущий там народ далеко не хлебом-солью, а как встречают завоевателей во все времена. С оружием в руках он выступил на защиту своей земли и свободы. Была сеча, возможно, и не одна. Но победа, увы, досталась русичам. Был и полон. Среди пленников было немало предков сегодняшних калмыков и кимаков — прямых потомков половцев. Для русичей все они были кипчаками — людьми степи, независимо от родовой племенной принадлежности» Уводили в полон не только мужчин, непосредственных участников сечи, воинов, но и людей сугубо мирных. "И побеждены были половцы и гнали их до веж, и множество пленных взяли, женщин и детей". Так летописец описывает первый день битвы дружины князя Игоря, и хотя эти события произойдут на несколько столетий позже, истине фактов они не противоречат.

ввиду путаницы со сканами в этот кусок попала финальная часть текста. Ошибка исправлена, заменен отрывок после абзаца "ПО РЕЗУЛЬТАТАМ первой поездки в Харалуг"

Утверждение предыдущих авторов и исследователей, в частности, Савки и Тимчишина, что в ней отсутствуют такие вредные примеси, как сера и фосфор, результатами анализа взятых мною пород не подтверждается. Они есть. И не в таком уж ничтожно малом количестве. Серы, к примеру, - 0,028 процента, а фосфора - 0,93 процента.

В то же время в руде содержится немало и легирующих элементов, которые способствуют повышению качества получаемого железа. Это марганец и магний, титан и никель, кобальт и ванадий, хром и медь, свинец и цинк; такие редкоземельные элементы, как гелий и бериллий, барий и иттрий, иттербий и цирконий.

Село наше древнее, говорил директор школы села Корысть Семен Корнеевич Лысюк. Своими корнями оно уходит в глубину седых веков. Стояло на берегу ручья Губач. По другую сторону нынешней автострады Киев-Ровно. Теперь там пахотное поле. По сохранившимся преданиям, носило название Чересупщина. Во время нашествия татаро-монгольской Батыевой рати было разорено и уничтожено. Жители, которые не успели спастись в окрестных лесах и малопроходимых болотах, были убиты или угнаны в неволю.

Пахотной, годной для обработки земли было мало. Основ­ным занятием жителей поселения тех ушедших времен считалось разведение домашнего скота, птицы и кузнечный про­мысел. Добыча из болотной руды сыродутного железа и из­готовление из него как оружия, так и предметов повседневного хозяйственного обихода. Об этом свидетельствуют кучи кузнечного и металлургического шлака, что лежат в большом количестве под тонким слоем пахотной земли.

Эти вырезки я сделал летом 1992 года из газеты «Вечерний Донецк». Пылкое юношеское воображение зацепила тема оружия и сильномогучих славянских богатырей. После чего ноги понесли руки в туалетную комнату, доставать из плетеного кармашка остальные газеты и кромсать их ножницами. Газеты там, заметим, хранились просто из удобства, а не в гигиенических целях, как кто-то, возможно, подумал. Многое потерялось за эти годы – вещи, друзья, идеалы. А вырезки остались.

Публикуя их здесь, я, одновременно делаю три важных вещи. Первая - даю возможность людям познакомиться с действительно качественной работой, раскрывающей частный вопрос происхождения «харалужных» мечей и копий героев «Слова о полку Игореве». Где они ковались, какие имели свойства, почему так называются? Ведь среди традиционных, известных миру сталей и оружий нет таких, которыми могла бы гордиться Украина.

Залитые солнцем поля, политые потом и кровью сотен поколений крестьян – вот что такое настоящая Украина. Несостоявшаяся великая аграрная держава, ядро культуры которой всегда составляло село. И отрицать это глупо.

Украинцы не создали своей городской культуры. Земля для них всегда была главной ценностью, непреходящей для разных эпох. Что бы ни происходило в мире, крестьянин думал всегда об одном: о своей – не чьей-то, - земле, о том, чтобы поднять ее, бросить семена, испросить у неба правильной погоды, собрать урожай.

Ничто другое не могло взволновать пахнущего потом дядьку с большими руками и коричневой морщинистой шеей, кроме как будущее земли, на которой он жил и в которой лежат его предки. Дядька нутром своим понимал, хоть и объяснить не мог, что это и есть высший смысл истории – пахать, сеять, рожать детей, строить дом, где всем тепло и просторно, смотреть как тянутся к работе внучата. А все остальное – суета и шелуха.

В школьные и вузовские "разговорные" темы на уроки английского языка можно смело добавлять еще одну: "Донецк - город памятников". Это не юмор: на сегодняшний день в нашем городе числится 254 памятника культурного наследия. Изучение данной темы, поверьте, доставляет немало приятных и поучительных минут.

К примеру, вы знали, что в Донецке есть памятник Богдану Хмельницкому? Жителям Пролетарского района молчать! Для меня это было открытием: да, есть, только не там, где ему следует быть по логике (на проспекте своего имени), а почему-то у Дворца "Юбилейный". Монумент даже авторский - с булавой, как положено.

Памятников национального значения в городе пока нет - все они сосредоточены в области: Немировичу-Данченко в селе Нескучное Великоновоселковский района, громадный Артем в Святогорске, Саур-могила, а с этого года - дважды Герою Соцтруда Паше Ангелиной в Старобешево и Никите Изотову в Горловке. Но кандидаты на славное имя ПНЗ есть и в Донецке. С них, пожалуй, и начнем.

«Дата 23 августа 1929 года вошла в историю развития мировой авиации. В этот день самолет «Страна Советов» вылетел с Центрального аэродрома Москвы и взял курс на Дальний Восток - Тихий океан - Соединенные Штаты Америки.

Спустя неделю, преодолев 20 тысяч километров, он приводнился у берегов Аляски. В честь советских летчиков трудящиеся Америки установили в Нью-Йорке мемориальную доску. Она сохранилась до сих пор. На потемневшей бронзе высечены имена членов экипажа», - писала в 1980 году, в 51-ю годовщину полета, пермская областная газета.

На создание этого рассказа я был вдохновлен приобретением двадцати банок "армейской тушенки из госрезерва". Купился на отзывы трудящихся. Тушенка оказалась говняная. Да, солидол на банке есть, но неприятный привкус и запах, много жидкости, мясо больше похоже на фарш.

Людишки докатились до того, что забыли вкус нормальной тушнины. А я вот его не просто помню, благодаря советским запасам на продуктовых складах украинской армии, но и имею с чем сравнить. Для долгих полевых выездов в кладовке стоит настоящая армейская говядина в толстых банках: мясо одним-двумя большими кусками, жир, лаврушка. Кстати, приобретенная по случаю на Привокзальном рынке в Донецке несколько лет назад.

В общем, взгрустнулось. И тут же в голове возник знаменитый (и оттого эталонный) образ заморского питания, который любят помянуть искатели "исторической правды". Именно тушенкой принято клеймить проклятый совок, ибо "без Америки он сам бы не смог". Но как она выглядит и как делалась вряд ли кто сможет внятно рассказать. А я вот могу. Речь пойдет о тушенке свиной, она же "svinaia tushonka". Но для нашего компаратива это несущественно, поскольку нынешние консервы что в говяжьем, что в свином исполнении одинаково дрянные.

В Донецке есть шик, блеск и небоскребы, а также общеизвестные достижения, о которых знает вся страна и многие за ее пределами. Но есть и чисто донецкий колорит. Такой, как городские окраины или особый узнаваемый говор, не менее интересный, чем одесский. Или совершенно уникальные пейзажи, абсолютно не раскрытые в плане туризма и широкой рекламы. Донецкому обитателю есть чем гордиться. Прежде всего – людьми. А еще – делами, оставившими след не только в украинской истории. Всех их не перечесть. А потому расскажем о самых необычных. Например, о лучшем в Российской империи велотреке. Или, как говорили на переломе веков, «циклодроме».

Клуб самокатчиков

Слово «велосипед» тоже стало общеупотребимым вовсе не сразу. В самом начале покорения Донбасса двухколесной машиной был «Кружок славянских самокатчиков», открытый 16 июля 1896 года в Славянске, ныне Донецкой области - как отголосок массового увлечения велосипедным спортом во всем мире. О масштабах его говорит, например, то, что Land Rover, Skoda, Morris Motor Company, Opel начинали как велосипедные мастерские. В самом деле, если увлечение велосипедом захлестнуло даже Корею, то как могли отставать жители Донбасса?

Трудно в это поверить, но почти двадцать лет после Октябрьской революции на башнях московского Кремля сияли позолотой не такие родные и знакомые нам по советскому детству рубиновые звезды, а царские двуглавые орлы. Представьте только: идет на работу сам товарищ Ленин, а у него над головой эдакое безобразие величиной с корову. Очень Владимир Ильич по этому поводу нервничал, но орлов так и не сняли. Положили его в мавзолей – а орлы на месте остались и нервировали уже товарища Сталина.

А все потому, что к вопросу демонтажа символов старого режима большевики, что бы про них не говорили, подходили щепетильно. И в этом случае, одолев период разрухи и голода, вызвали директора Третьяковской галереи, известного историка искусств, ученика самого Репина Игоря Грабаря: а сообщите-ка, товарищ академик, какова же историческая ценность проклятых птиц? И академик, проведя должное время в архивах, доложил: орлы на башнях стоят с 1600 года, но именно эти – новодел, последнего водрузили в 1912 году. На том и порешили. Так стекольный завод в Константиновке Донецкой области попал в историю, а мы получили лишний повод для гордости: рубиновые кремлевские звезды – изделие мастеров с Донбасса.