Говорит Донецк

Трудно в это поверить, но почти двадцать лет после Октябрьской революции на башнях московского Кремля сияли позолотой не такие родные и знакомые нам по советскому детству рубиновые звезды, а царские двуглавые орлы. Представьте только: идет на работу сам товарищ Ленин, а у него над головой эдакое безобразие величиной с корову. Очень Владимир Ильич по этому поводу нервничал, но орлов так и не сняли. Положили его в мавзолей – а орлы на месте остались и нервировали уже товарища Сталина.

А все потому, что к вопросу демонтажа символов старого режима большевики, что бы про них не говорили, подходили щепетильно. И в этом случае, одолев период разрухи и голода, вызвали директора Третьяковской галереи, известного историка искусств, ученика самого Репина Игоря Грабаря: а сообщите-ка, товарищ академик, какова же историческая ценность проклятых птиц? И академик, проведя должное время в архивах, доложил: орлы на башнях стоят с 1600 года, но именно эти – новодел, последнего водрузили в 1912 году. На том и порешили. Так стекольный завод в Константиновке Донецкой области попал в историю, а мы получили лишний повод для гордости: рубиновые кремлевские звезды – изделие мастеров с Донбасса.

Когда я узнал, что проживаю на бывшей Скотопрогонной улице, мое отношение к соседям, упорно использующим окно в качестве мусоропровода, в корне изменилось. Это на Университетской гадить под себя некрасиво, а на Скотопрогонной - в самый раз. И бороться с этим совершенно бесполезно - супротив исторической памяти не попрешь, знаете ли.

Ну, а соотношение названий улиц Донецка с нравами их жителей или просто поиск смысла имени какого-нибудь Пирамидального переулка и вовсе засасывает с головой. Это примерно так же, как с населенными пунктами. Вот как скажите (при всем уважении к ним) называются жители города Жлобина или поселка Сакко и Ванцетти Артемовского района Донецкой области?

Война, которую мы в эти дни вспоминаем особенно активно, основательно затронула наш город. Известно, что Гитлер очень хотел заполучить этот город и очень не хотел отдавать. Бои здесь шли весьма ожесточенные.

Со школьной скамьи каждый дончанин знает, что после немцев в городе осталось буквально два целых здания - гостиница "Донбасс", где располагалось гестапо, и театр оперы и балета. В военных мемуарах часто можно встретить упоминание о "факельщиках", поджигавших город уже "под носом" у наступающих советских войск. В действительности самые чудовищные разрушения пришлись на заводы и центр города, а в стороне от него остались почти нетронутыми целые кварталы и даже районы. Нам показалось, что в преддверии 60-летия Победы самое время вспомнить, как разворачивались бои за Сталино. И мы решили пройтись по этим местам, посмотреть, как они выглядят сейчас.